Александр Мень (1935–1990)

а мень

 

Из книги «Отец Александр Мень отвечает на вопросы» [1]

 

- Откуда приходит в мир человеческая душа?

- Есть много такого, о чем мы судить не можем. Есть много тайн, кото-рые рационально объяснить нельзя. Но когда вы говорите, что что-то дается при рождении, я не уверен, что это так. У нас нет догмата или специальной доктрины о том, откуда получает человек свою душу.

На этот счет существует несколько точек зрения. Я придерживаюсь следующей: с самого начала Бог создал единую душу человека, одну, только одну. Адам – это и есть все мы, одна душа, и когда новое тело появляется, то от этой единой души, как искра, отделяется некая личность, которая связывается с очередным телом. Как наш организм человеческий един, как все мы связаны кровно, связаны генетикой, все мы дети одного древа человечества и все мы ветви на этом древе, так и все духовные “Я” являются ветвями на древе единого человека Адама.

Но есть мнение, что душа человека творится каждый раз каким-то особым актом. Я не думаю так, потому что тогда она творилась бы чистой и безгрешной, а поскольку человек уже с детства наделен страстями, значит, он слишком тесно связан с общей душой человечества. И заметьте, сколько раз бывало в истории, когда в странах, отделенных друг от друга сотнями и тысячами верст, культурными перегородками, возникали аналогичные явления, аналогичные учения, сходные движения.

Мы все взаимосвязаны, и этим объясняется духовное и культурное единство человечества. Подобно тому, как первочеловек нес в своей генетической основе все человечество и тело каждого из нас является лишь ростком, лишь веточкой на целом древе человеческой жизни, так и здесь: эта душа пришла в мир от человеческого же рода, не сверху.

Существует поле, единое поле человечества – вот это и есть Адам. Адам – это не просто какой-то предок наш, а это все мы. Как говорил поэт Вячеслав Иванов, “когда ж поймут, что Кришна знал и Гаутама, по ужаснувшимся звездам когда ж прочтут сыны Адама, что в них единый жив Адам?” И у Вячеслава Иванова есть прекрасный образ: после падения Адам спит, и ему снится сон, в котором вся история человечества, с ее ужасами и драмами, и потом вдруг он просыпается, и он – один, один под сенью этого вечного древа. И в нем все мы…

 

- Почему бессмертие не открыто человеку явно?

- Очевидно, по тем же причинам, которые не позволяют нам пренебрегать человеческой свободой. Человек должен выбрать! И здесь вера играет очень важную роль. Мы выбираем то Добро, которое стоит за всем. И мне очень нравятся слова Гете, который, хотя христианином и не был, но говорил, что Вечная сила, которая нас создала, не даст нашему духу прозябать, Она не кидается такими вещами. Бог обязательно включит нас в работу. Это было мощное прозрение гениального духа, человека, который очень остро ощущал плоть и дух одновременно. И, конечно, была великая правда в мысли, что человек никогда не останавливается, что движение его происходит и после смерти.

 

- Как достучаться? Как раскрыть в себе веру?

- Понимаете, каждый человек имеет око веры в глубине своего существа. Только это око засорено, оно закрыто. Часто оно не способно видеть. Одна из причин этого - чрезмерное влияние на нас звуков и красок внешнего мира. Мы очень мало сосредоточены в своей глубине. А именно в этой глубине мы и встречаемся с Богом. Один из великих мистиков говорил, что Бог произносит Свое слово В Молчании. И вот надо в нашей шумной, сутолочной жизни искать эти элементы молчания. Это один из первых шагов к тому, чтобы услышать Бога. Он говорит с нами. Он обновляет нас. Он уже есть, Он недалеко от каждого из нас! Он с нами. И в этом счастье, Потому что все-таки смысл жизни в том, чтобы любить и быть любимым. А Он есть Абсолютная Любовь. Абсолютная Любовь, Которая открывается нам во всем, что нас окружает: и в снеге, который у нас перед глазами, и в светилах, которые у нас над головой, и в птицах, которые сейчас по снегу прыгают, и в испытаниях жизни, которые куют наш дух, и во всем прекрасном. Во всем - Он, Абсолютная Любовь. И если мы любим, наша душа раскроется навстречу Ему.

 

- Расскажите подробнее о любви...

- Я вам вот что скажу: говорить о любви не такое уж полезное дело. Надо попытаться жить в этом. Вы знаете, что влюбленные всегда счастливы. Но ведь не обязательно быть влюбленным в девушку или в молодого человека, можно быть влюбленным в природу, в музыку, видеть всегда хорошее в людях. Плохое каждый дурак может увидеть! Плохое всегда на поверхности, это очень легко. А вот увидеть ценность в человеке, даже, может быть, не очень симпатичном, это уже что-то,  это уже искусство. И, видя положительное в жизни, мы идем по ней не согнувшись, не отмахиваясь, не фыркая в презрении, а мы идем как дети Божии: радостно, спокойно,  уверенно, мужественно, как и подобает человеку.

Любовь описана у апостола Павла в Послании к коринфянам. Любовь, которая не превозносится, не ищет своего, все терпит... Там масса определений. Почему у апостола Павла такое количество определений, и позитивных, и негативных? Потому что он сам не мог дать единого определения. Это как тайна! Как красота! Что такое красота? Сколько ни пытались определить, не смогли дать точного определения. Ибо важнейшие аксиомы мира неопределимы. Такова уж их природа. Или определимы очень условно, очень отдаленно и опосредованно.

 

- Заслуживает ли любви человек, который не любит людей?

- Он заслуживает сострадания...

 

zlcIfP_YCxQ

 

- В чем тут тайна? Почему, как магнитом, человечество притягивает к личности Иисуса Христа, хотя Он пришел в мир уничиженный и не было в Нем ни таинственности индийских мудрецов, ни поэтической экзотики восточной философии?

- Все, что Он говорил, было просто и ясно, и даже примеры в Его притчах были взяты из обыденной жизни. Это тайна, которую Он открывает в коротких словах, мы их слышим в Евангелии от Иоанна. Филипп говорит: “Покажи нам Отца”. И Иисус отвечает, как не отвечал ни один философ на земле: “Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Тот, кто видел Меня, тот видел и Отца”. Такие слова Он говорил не раз, и многие поворачивались к Нему спиной и в негодовании уходили, потому что всегда это был вызов. Надо было понять особую тайну.

Никогда прямо Христос не формулировал эту тайну, Он только спрашивал людей: “За кого Меня принимают? За пророка, за воскресшего Иоанна Крестителя? А вы?” – “Ты – Помазанник, Царь, Мессия, Сын Бога Живого”. Здесь опыт должен какой-то внутренний открыться, и Он это спрашивает до сих пор, и спрашивает каждого, потому что это говорит Бог человеческими устами.

Иисус Христос – это человеческий лик Бесконечного, Неизъяснимого, Необъятного, Безымянного. И прав был Лао-цзы, который говорил, что имя, которое мы произносим, не есть вечное имя. Да, Безымянный и Непостижимый. А тут Он становится не только называемым, но даже называемым по имени, даже называемым человеческим именем, Тем, Кто несет с нами тяготы жизни… Вот в этом центр и ось христианства.

 

- Есть ли Бог и что это такое?

- Вопрос простой и ясный.

Одного муравья спросили: что такое Млечный путь? Муравей долго думал, думал и сказал: “ Это что-то очень большое”. Размышляя о Боге, человек может только сказать, что это есть начало всего. Может ли он познать это бесконечно разумное начало? Ведь между Космическим Разумом и нашим – такая же дистанция, как между разумом Ньютона и разумом мартышки. А, может быть, еще больше.

Он является источником жизни, источником моральных заповедей, Он дает человеку пульс жизни.

В природе нравственность не открывается. Химические процессы идут в организме негодяя так же, как у человека хорошего. Бог открывается иными путями. И если мы Его не слушаем, то только по одной причине: мы не хотим слушать. Потому что Он есть свобода, и Он ничего не навязывает. Это люди навязывают свои взгляды. Бог свободен от пропаганды, Он только предлагает нам путь жизни – все остальное зависит от нас: ведь мы созданы по Его образу и подобию. У нас тоже есть творческое начало, пусть маленькое, но есть. У нас тоже есть чувство добра и зла. У нас тоже есть любовь, есть разум, есть самосознание. Так что мы можем иметь представление о Нем вполне достаточное.

 

- Как Вы представляете Бога-Творца?

- Я мог бы, конечно, задать встречный вопрос: а как вы себе представляете пространство в десять парсек? Это трудно себе представить, и это будет не хуже и не лучше, чем представить Бога-Творца в виде огненного языка или голубя, или еще какого-нибудь символа. Всякий символ есть отражение реальности. Когда вы в учебнике по физике или по химии видите формулы, ведь это тоже символы. Символы – это знаки определенной реальности, и иначе мы не можем общаться.

Божественное, безусловно, превосходит наше мышление. Бог, которого человек мог бы до конца понять, был бы не Богом, а чем-то полностью равным человеку. Человек может постигать отдельные элементы, отдельные аспекты божественного мышления и то, что ему открыто, – но не более. Претендовать на всеобщий охват бессмысленно, это просто научно некорректно, потому что даже природа не открыла нам и сотой доли своих тайн. Как же мы можем говорить о Том, Кто стоит за этой природой?

 

- Как сочетаются и соотносятся Бог и Христос?

- Давайте попытаемся представить себе бесконечность мироздания. Это не укладывается в нашем мышлении. Попробуйте вечером посмотреть на звезды. Ведь это миллионная часть того, что есть. Огромные миры… Человек перед этим теряется. И вот безмерное, как бы не имеющее имени Божественное, открывает Себя нам. Как Оно могло это сделать? Если Космос хотел говорить с нами, Он должен был найти для Себя человеческий облик, язык и голос. Если Вечность хочет говорить с нами, Она говорит нам через человека. Вот это и есть сочетание. Он – наш брат и Он – Откровение Божие.

 

- Некоторые считают, что Бог только в душе. Что Вы скажете?

- Он не только в душе – Он в мироздании. Что говорил Иммануил Кант? Он говорил: “Есть две вещи, которые меня поражают: звездное небо надо мной и нравственный закон во мне”. И то и другое – отражение Бога.

 

- Что означает вочеловечение Христа и воплощение?

- Великие люди потому и велики, что они возвышаются над нашим обычным уровнем и поднимаются в какие-то особые дали будущего, предугадывают будущие открытия, философские, мировоззренческие. И были великие люди в истории мира, которые рассказали нам о своем великом духовном мистическом опыте. Среди них самые великие, величайшие – это основатели религий. Это Мухаммед, это Будда, это Заратустра и т.д.

Мы знаем, что до сих пор, по прошествии многих и многих столетий, дух и мысль этих людей продолжают управлять миллионами, продолжают оплодотворять культуру, вдохновлять целые народы. Мы имеем все основания верить опыту этих людей.

И когда Будда, индийский царевич Гаутама, говорит, что он освободился от бренного и растворился в полном свете или безмолвии, в непостижимости нирваны, мы имеем право и основание верить ему.

Когда великий греческий философ Платон после многих размышлений, жизненных перипетий, трагедий, углубленного умозрения говорит о высшем как о последнем благе, мы тоже имеем право ему верить. Мы также верим его словам, когда он говорит: “Трудно постичь Отца всяческих”. Это великие слова.

Когда Мухаммед говорит о том, что ему открылся Единый Бог, Творец Вселенной, Тот Бог, Который говорил Аврааму, мы ему верим. Я ему верю, как верят ему миллионы, сотни миллионов мусульман.

Когда пророк Исайя говорит о Боге, Который явился ему и послал его в мир возвестить слово Его, мы тоже ему верим.

Это потрясающие свидетельства, это грандиозные свидетельства, переворачивающие мир. Это семя, которое посеяно на земле, чтобы в будущем проросли новые посевы. И когда оно сеялось, уже тогда всходы возникали.

И вот приходит Иисус Назарянин, Который тоже возвещает нечто. Но Он не говорит, как Будда, что Он достиг чего-то упражнениями и усилиями. И Он не говорит, как Мухаммед, что Он считает себя ничтожным перед лицом Аллаха – Всевышнего. И Он не говорит, как Платон, что трудно постичь Отца всяческих. Он не говорит, как пророк, который чувствует себя только человеком, грешным человеком, проводником Божественной воли. А Он говорит о Себе так, как может говорить о Себе только Властитель мира и судеб. Он разворачивает перед людьми строки Священного Писания и говорит: “Вам сказано… а Я говорю вам так!” То есть Он ставит Свое слово наряду с Писанием.

Он не говорит: “Я вам дам учение”. Он не говорит: “Вот так-то сказано в Библии, то-то, то-то и то-то…” А Он говорит: “Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас”. Ко Мне…

Его личность является единственной и уникальной, Его личность, в Которой становятся проницаемы взаимно божественное и человеческое начала.

Да, это соприкасалось в опыте пророков, соприкасалось на какие-то мгновения, потом все уходило. Это подобно тому, как описывает Пушкин: “Пока не требует поэта к священной музе Аполлон…” Вот так и пророк: он живет и действует, и вдруг его призывает Бог.

Мы не находим в Иисусе Христе ни внутренней борьбы, ни сознания греховности, столь свойственного всем святым и мистикам всех времен. Мы не находим в Нем экзальтации, мы не находим в Нем того, что есть почти у всех основателей религий. Он ясен и прост и говорит (у Иоанна мы читаем): “Видевший Меня видел Отца”.

Та таинственная жизнь, та грозная и грандиозная безмерная жизнь, которая творит Вселенную, в которой мы даже не в состоянии различить этического, нравственного начала, вдруг обращает к нам Свою любовь. И это может происходить только через человеческую личность, только через живое лицо.

В древности некоторым казалось, что Христос – это призрак, это божественное видение, которое сошло на землю, но Церковь и создатели Евангелий правильно подчеркивали, что Он был человек.

Он был человек в полном смысле слова. Догмат Церкви в том, что Христос – подлинный человек. Истинное явление Бога на земле, Он в то же время является и подлинным человеком. Он не только открывает нам Божественную любовь, Он также открывает нам величие человека. Не величие по человеческой природе, а величие существа, отражающего Вечность. Это основа христианского гуманизма.

Христианский гуманизм – это то, что можно выразить словами: человек есть святыня, потому что он отблеск святыни вечной, духовной. И поэтому явление Христа есть вочеловечение Бога, вхождение Его в нашу обычную жизнь.

И заметьте еще, что Христос вел образ жизни самый обыкновенный. Он не был отшельником, который жил где-то на горе или питался, скажем, один раз в неделю, или дышал десять раз в сутки. Нет, Он был обычным человеком и в то же время человеком Божественным. Божественный человек – это человечный Бог. Это есть человеческий лик Космоса Духовного, Божественного Разума, непостижимого для нас, необъятного абсолютно. Для того чтобы говорить с нами, Он облекает Свой лик в лицо Иисуса Назарянина, Который идет по дорогам мира, двигаясь по полям, по холмам, по берегу озера, Который страдает вместе с миром, умирая на кресте, и Который являет победу Духа в Своем Воскресении и в Своем незримом пребывании в этом мире.

Вот что означает вочеловечение Христа и воплощение.

 

Ссылки


Адрес:
«Человек. Мир. Гнозис»
сайт о духовном Пути
mir-gnozis.ru
Яндекс.Метрика ; Рейтинг@Mail.ru Счетчик ИКС